Например, Дания, которая
до недавнего времени скептически относилась к ядерной энергетике, объявила о
пересмотре 40-летнего запрета на ядерную энергетику в связи с растущим спросом
на низкоуглеродную электроэнергию. Недавний сбой в подаче
электроэнергии и масштабное отключение электричества в Испании и Португалии,
хотя его причина до сих пор окончательно не установлена, часто связывают с
чрезмерной зависимостью от возобновляемых источников энергии, которые на данном
этапе энергетического перехода недостаточно надёжны, чтобы выдержать скачки
напряжения в сети. Реакция была незамедлительной. Испания, которая в
предварительном порядке начала разрабатывать планы по закрытию ядерных
реакторов в течение следующего десятилетия, теперь приостановила эти планы,
стремясь укрепить свою энергетическую безопасность.
Кроме того,
геополитические препятствия подчеркнули необходимость поиска альтернативных
путей для обеспечения энергетической надежности и устойчивого
развития. Импорт российской нефти и газа составлял значительную часть
европейского товарооборота, но после вторжения России в Украину, неоднократных
введений санкций и сокращения импорта топлива пришлось искать альтернативные
решения. Например, в Германии зависимость от газовых электростанций стала
особенно очевидной после запрета на импорт из России, и теперь страна взвешенно
подходит к разработке ядерных реакторов, от которых ранее отказывалась.
Ядерное возрождение 2.0
Мировое сообщество только
сейчас начинает возвращаться к ядерной энергетике, и у тех, кто первым
инвестирует в ядерную энергетику и внедрит её, будет неоспоримое
преимущество. Такой подход может ускорить декарбонизацию во всех
отраслях. Хотя уже нет никаких сомнений в том, что усилия по возвращению к
ядерной энергетике направлены на ускорение её развития в качестве «зелёной»
энергетики, всё внимание должно быть приковано к ядерной энергетике.
Великобритания готова
воспользоваться этими благоприятными условиями, и недавно объявленный «План
перемен» ставит перед собой четкую цель — вернуть Великобритании лидирующие
позиции и впервые разрешить строительство малых модульных реакторов
(ММР). Хотя это заявление имеет огромное символическое значение и ясно
дает понять, что атомная энергетика будет играть важную роль в энергетическом
переходе, для реализации планов по повышению конкурентоспособности отрасли на
международном уровне потребуется серьезная реформа нормативно-правовой базы.
Больше спешки, меньше
скорости
Вместо того чтобы
поддерживать отрасль, Управление по ядерному регулированию (УЯР) вводит
чрезмерные и запутанные правила, которые сдерживают развитие атомной
энергетики. Достаточно взглянуть на ситуацию с Европейским реактором с
водой под давлением (EPR), который строится в Хинкли-Пойнт-С (HPC). EPR
уже был одним из самых безопасных реакторов, когда его выбрали для проекта HPC,
но, по-видимому, он был недостаточно безопасным для УЯР.
После более чем 7000
изменений конструкции в соответствии с правилами ONR использование стали и
бетона в проекте увеличилось на 35% и 25% соответственно по сравнению с
аналогичным проектом во Фламанвиле во Франции, который изначально задумывался
как эталон для проектирования HPC. С учетом всех внесенных изменений,
направленных на адаптацию конструкции EPR к требованиям Великобритании,
конструкция Hinkley Point C фактически отличается от “стандартной”
EPR. Эти приспособления приводят к задержкам и перерасходу средств, причем
последние увеличиваются почти вдвое. Более того, из-за чрезмерного
контроля со стороны регулирующих органов сроки завершения строительства были
перенесены с 2027 года на период с 2029 по 2031 год. Несмотря на хорошую
работу и приверженность делу со стороны застройщика, регулирующие органы
сорвали планомерное выполнение проекта. В таких условиях ядерная
промышленность Великобритании вряд ли будет процветать.
Историческая параллель
Международные
энергетические кризисы и раньше приводили к увеличению инвестиций в ядерную
энергетику как в инновационное решение, и они должны привести к этому
снова. В 1970-х годах Франция отреагировала на нефтяной кризис 1973 года
беспрецедентными мерами в ядерном секторе, которых не было ни до, ни
после. Нынешняя ситуация в мировой энергетике имеет пугающие параллели с
тем периодом, и реакция Франции в то время даёт чёткое представление о том, как
правительства должны подходить к инвестициям в ядерную энергетику. Непосредственно
в результате нефтяной блокады 1970-х годов французское правительство
разработало так называемый «план Месмера», в котором была изложена комплексная
программа по производству ядерных реакторов и инвестициям в эту сферу, чтобы
страна не слишком зависела от неблагоприятных геополитических факторов в ущерб
себе.
Продвижение ядерной
повестки, даже несмотря на возражения и политические опасения, как это делала
Франция в тот период, имеет основополагающее значение для обеспечения
энергетической безопасности и достижения целей в области устойчивого развития.
В плане подробно
описывалось строительство примерно 80 атомных электростанций к 1985 году и
доведение их общего числа до 170 к 2000 году. Строительство первых трёх
электростанций началось в течение года, а в течение следующих 15 лет Франция
ввела в эксплуатацию 15 реакторов. Первоначальный план имеет далеко идущие
последствия для французской промышленности: в настоящее время в 2600 ядерных
компаниях работают 220 000 человек, а ядерный парк состоит из 56 реакторов на
18 электростанциях. Все это обеспечивает второй по величине объем
производства ядерной энергии в мире после США.
Пример плана Месмера
показывает, что продуманный ядерный план может иметь далеко идущие преимущества
даже спустя десятилетия после его реализации. В то время как несколько
стран осторожно прощупывают почву в ядерной сфере, для дальнейшего продвижения
ядерного ренессанса может потребоваться одна юрисдикция, которая последует
историческому примеру Франции.
Ядерные реакторы — путь
в будущее?
Благодаря современным
достижениям в области ядерной энергетики повсеместное внедрение должно стать
еще более доступным, учитывая потенциал малых ядерных реакторов (МЯР) для
отрасли. МЯР можно построить быстрее, они быстрее вводятся в эксплуатацию
и, будучи реакторами меньшего размера, гораздо менее требовательны к месту
установки и занимаемой площади. Несмотря на то, что отрасль все еще
находится на стадии развития, МЯР предлагают элегантное решение проблем,
связанных со строительством, которые преследовали отрасль и сдерживали
дальнейшие инвестиции.
Великобритания, например,
продемонстрировала четкую поддержку потенциала SMR. В ’Плане изменений’
подробно описывается дальнейшая поддержка SMR наряду с более крупными
электростанциями, и если в отношении технологии будет применен подход
‘автопарка’, позволяющий производить большое количество идентичных реакторов,
то профиль рисков предприятия значительно снизится. Инвестиции в SMR также
не ограничиваются Великобританией: в недавнем отчете МЭА говорится, что общая
мощность SMR, вероятно, достигнет 40 ГВт к 2050 году, но потенциально может
обеспечивать 80 ГВТ электроэнергии – или 10% от общей глобальной ядерной
мощности – к 2040 году.
Несмотря на очевидный
потенциал ММР, существуют эксплуатационные барьеры, которые, возможно, придётся
устранить. Для управления повседневной работой высокотехнологичных
реакторов требуются высококвалифицированные специалисты, и в настоящее время
многие страны не планируют удовлетворять эту потребность. Согласно
недавним сообщениям, Великобритания в ближайшем будущем раскроет дополнительные
подробности своего плана по внедрению ММР. Выявление дефицита квалифицированных
кадров и разработка плана по его устранению являются основой для успешной
эксплуатации парка ММР. Можно исследовать множество направлений, и США,
например, в основном набирают специалистов для атомной промышленности из
военно-морского флота, но инвестиции в образование и профессиональную
подготовку в рамках бакалавриата, магистратуры и стажировок будут играть важную
роль в развитии атомной энергетики в будущем.
Тем не менее есть
основания для оптимизма. В марте прошлого года ONR подписала Меморандум о
сотрудничестве (MoC) с Комиссией по ядерному регулированию США (NRC) и
Канадской комиссией по ядерной безопасности (CNSC). Этот меморандум
направлен на создание основы для упрощённого регулирования передовых реакторных
технологий при сохранении независимости регулирующих органов каждой
страны. Это должно помочь избежать повторения процесса перепроектирования,
инициированного ONR, который произошёл на HPC.
Перспективы развития
ядерной энергетики Великобритании
Точная и всеобъемлющая
ядерная программа вполне может стать ключом к обеспечению энергетической
безопасности, а также к поддержанию стабильности процесса декарбонизации
инфраструктуры после 2030 года. Любые инновации в ядерной энергетике будут
полезны для отрасли в целом, но на данный момент очевидный путь к
энергетической безопасности и нулевому уровню выбросов может зависеть от
строительства парка малых модульных реакторов. Все задаются вопросом,
сможет ли ONR достаточно быстро адаптироваться, чтобы Великобритания смогла
вернуть себе некогда лидирующие позиции в области ядерных разработок. Я,
безусловно, на это надеюсь.
Nuclear
Inginetring, 04.09.2025
