proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
Журналы Атомная стратегия 2021 год
  Агентство  ПРоАтом. 24 года с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
PRo Выставки
Testing&Control
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС
Вышло в свет второе издание двухтомника Б.И.Нигматулина. Подробнее
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия» и сайта proatom.ru. E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
Время и Судьбы

[06/11/2013]     Хороший человек

В.И.Манойлин, инженер-генерал-майор в отставке, заслуж. строитель РСФСР, к. т. н., доцент

В феврале 2010 г. страна отметила 100-летний юбилей со дня рождения легендарного Главкома ВМФ СССР Сергея Георгиевича Горшкова. О его жизни и деятельности писали многие издания, в том числе, и журнал «Атомная стратегия» (№ 44, февраль 2010 г. «Главком устрашающей эффективности»).


В большинстве случаев публикации освещали биографический, исторический, профессиональный, политический аспекты жизни этой незаурядной личности, вклад государственной деятельности которой в развитии российского флота историки сравнивают с деятельностью последнего морского министра Российской империи генерал-адъютанта, адмирала И.К.Григоровича (1853 —1930). Адмиралу Григоровичу Россия обязана восстановлением флота после Русско-японской войны (1904-1905). Главным итогом жизни С.Г.Горшкова стало создание мощного океанского ракетно-ядерного флота Советского Союза, вывод его в Мировой океан.

Я же хочу рассказать о человеческих качествах Сергея Георгиевича, с которым посчастливилось общаться по долгу службы на протяжении полутора десятка лет.


Командующий Первой флотилией АПЛ Северного флота Е.Д.Чернов, Главком ВМФ С.Г.Горшков, начальник 23 ГМПИ В.И.Манойлин, 1980 г.

23 ГМПИ

В конце 1967 г. закон­чилась моя служба на Тихом океане. Меня назначили начальником одного из отделов головного проектного института Военно-морского фло­та - 23 Государ­ственный морской проектный институт (23 ГМПИ) в Ленинграде, впоследствии – главным инженером и начальником института.

23 ГМПИ был крупнейшей в стране проектной организаци­ей с филиалами в Североморске, Владивостоке, Петропавловске-Камчатском, Севастополе, Калининграде и Таллине.
В институте работали специалисты по технологи­ческому и строительному проектированию пунктов базирования атомных подводных лодок, арсеналов морских баллистических и крылатых ракет, мастерских приготовления к выдаче на корабли всех видов торпед, ракетоторпед и т. п. Специа­листов такого профиля не готовило ни одно высшее учеб­ное заведение Советского Союза. Начальник 23 ГМПИ подчинялся начальнику Главно­го инженерного управления (ГИУ) ВМФ. Начальник Главно­го инженерного управления работал под руководством Главноко­мандующего ВМФ. С 1956 по 1985 г. Главнокомандующим ВМФ был адмирал флота Советского Союза С. Г. Горшков.

В 23 ГМПИ я проработал с 1967 г. вплоть до моей отставки из рядов ВМФ в 1989 г. Летом 1969 г. сопровождающий Глав­кома в поездке на Тихоокеанский флот начальник ГИУ ВМФ Анфимов вызвал меня в Петропавловск-Камчатский с материалами по ре­конструкции и модернизации базы подводных лодок. После сделанного мной доклада Глав­нокомандующий с сопровождающими лицами отправились обедать. Собрав документы, я решил поискать, где бы перекусить. Вдруг входит адъ­ютант Горшкова и говорит мне: «Товарищ подполковник, Главнокомандующий приглашает вас на обед». За обеденным столом я оказался восьмым, и посадили меня напротив Главкома. Так прошел мой первый доклад Главкому и первый обед за одним столом с ним. Потом в течение полутора десятка лет мне довелось регулярно докладывать Горшкову или присутствовать на совещаниях, которые он проводил, что дало возможность наблюдать его как руководителя и человека.

В одной из поездок к сопровождавшим Главкома специалистам  местное командование отнеслось без должного внимания. Горшков при всех отчитал местного начальника, обратив внимание, что и на кораблях у него не всё в порядке. К своим непосредственным подчиненным Сергей Георгиевич был очень внимательным. И требовал того же от окружающих.

О Горшкове го­ворили и писали много, в том числе и за рубежом. Ветера­ны флота, помнившие Н.Г. Кузнецова, — нарко­ма Военно-морского флота при Сталине и Главно­командующего ВМФ при Хрущеве, — говорили одно, выросшие в должностях и чинах при Горшкове — другое. Безусловно одно: Кузнецов и Горшков были выдающи­мися личностями, гордостью советского Военно-морского фло­та. То, что они сделали для флота страны Советов, по зна­чимости сопоставимо с тем, что для флота России сделал Петр I,  создавший флот России. При Кузнецо­ве был создан флот Советского Союза, при Горшкове — ракетно-ядерный флот СССР вышел в Мировой океан.

Как никто другой в ВМФ Горшков понимал, что капитальное строительство — важней­ший элемент, обеспечивающий развитие сил флота и их боеготовность. Он лично руководил этим процессом и требовал, чтобы на флотах следовали его примеру. Круг его обязанностей и ответственности был невероятно велик, но для капитального строительства у него всегда было время и место. По своей сути Горшков был соединением двух противоположных начал — стро­ителя и воина. Он был неуемный, вдохновенный строитель кораблей и береговых сооружений. И нацеленный только на победу воин, знающий и по­нимающий суть военно-политического противостояния двух ядерных держав.

Военный совет ВМФ под председательством Глав­кома ежеквартально рассматривал ход капитального строительства. Основной доклад делал начальник Главного инженерного управления, затем заместители командующих по строительству флотов. На заседаниях все­гда присутствовали начальники главных управлений ВМФ и начальник 23 ГМПИ.

Главком регулярно, не менее раза в квартал, посещал все флоты и ЛенВМБ, во время которых проводились осмотры строящихся бере­говых объектов. Горшков знал многих строительных руко­водителей, внимательно выслушивал их доклады. В команду Главкома всегда входи­ли начальник ГИУ и начальник 23 ГМПИ или их замес­тители. С.Г.Горшков хотел видеть не уже готовый проект, а участвовать в его создании с самого начала.

Кроме плановых посещений флотов совершались многочисленные целевые вылеты Главнокоманду­ющего на флоты по какой-либо конкретной задаче. Гор­шков не упускал ни единой возможности лично проконтролировать процесс строительства, вникнуть в но­вый проект. Во время перелетов он приглашал начальника ГИУ и меня для доклада или обсуждения. То же происходило и при выходе Глав­кома в море, где продолжалась постоянная работа. По мнению С.Г. Горшкова, только военный ин­женер, понимающий суть боевой деятельности флота во всех ее многочисленных проявлениях, способен прини­мать оптимальные решения по инженерной подготовке морских театров военных действий.  Поэтому он брал с собой начальника ГИУ и начальника 23 ГМПИ на все учения флотов, включал в состав участников различных конференций, обсуждавших перспективы и пути развития военно-морского флота.

В этих поездках с  Главнокоманду­ющим мы прошли такую выучку, которую не в состоянии дать никакой другой способ обучения.

Я всегда поражался и завидовал работоспособности Сергея Георгиевича, его умению слушать, вникать в суть проб­лемы, его живому, неподдельному интересу ко всему, что де­лается на флоте. Память у него была великолепная. До­кументы не просто проглядывал, а читал, делая пометки в заинтересовавших местах. У него была правиль­ная, литературная речь. Никогда не употреблял жаргонных или нецензурных выражений. Выступая перед аудиторией, говорил своими словами, изредка сверяясь по тексту с цифрами.

Во время посещения флотов, если позволяла обстановка, флотское командование накры­вало стол. Главнокомандующий произносил тост, выпивал рюмку коньяка и дальше наблюдал за окружающими.

Отпусков у него практически не было. Находясь на отдыхе в Крыму, регулярно вызывал к себе должностных лиц, в том числе начальника ГИУ, под­писывал основные документы. Из человечес­ких слабостей и увлечений мне известны только две: сау­на и охота. В сауну ходил один, с ним был только бан­щик. На каждом флоте свой, проверенный. Никакого алкоголя, даже пива. На охоту только с одним егерем и не больше чем на сутки. Всегда где-то рядом, в пределах досягаемости находились специалисты со средствами связи, способные мгновенно обеспечить ему связь с руковод­ством страны, министерством обороны, подчиненными флотами. Проявлял большой интерес к истории Рос­сии и флота.

Представляя новые проекты, мы всегда да­вали историческую справку о том, что происходило в данном районе. Сергей Георгиевич всегда требовал проводить срав­нения: как этот вопрос решается у потенциального противника - американцев.

Особенно внимателен был к командирам кораблей. Когда в строй вступал новый тип корабля, Главком всегда беседо­вал с командиром и ценил его мнение, не раздражаясь  даже в том случае, когда слышал явную несуразицу. Посто­янным предметом его заботы и внимания были военно-морские учебные заведения. Здесь его интересо­вало все вплоть до мелочей. Для Высше­го военно-морского инженерного училища им. Дзержин­ского переоборудовался жилой дом старой постройки (для проживания выпускного курса). Проектный институт предложил планировку, руководствуясь нормами для солдат и матросов срочной службы: спальные помещения, рассчитанные на довольно большое число кур­сантов, туалеты с примыкающими комнатами для умывания, которые одновременно предназначались и для куре­ния. Горшков забраковал этот проект. «Выпуск­ной курс — это почти офицеры. Надо, чтобы курсанты на последнем году обучения почувствовали себя офицерами. Необходимо в казарме выпускного курса создать обстановку офицерского общежития. В спальной комнате—два человека. Мебель, соответствующая нор­мам гостиниц. Курительная комната должна напо­минать кают-компанию, где офицеры общаются». Сам Главно­ком не курил и был про­тив того, чтобы офицеры флота курили, но раз уж курсанты курят, то уважайте их привычки, не заставляйте их те­рять человеческое достоинство и мусолить папиросы ря­дом с унитазами. Командование училища предложило не делать дверей в спальных комнатах для того, чтобы всегда можно было проверить, чем занимаются курсанты. Главнокомандующий приказал сде­лать двери, мотивировав это тем, что человеку необходимо предоставить возможность побыть вне толпы. Надо понимать, что нельзя все время быть на виду, это вредно для психического состояния будущего офицера.

Согласно легенде, Николай II, планировавший определить своего сына по морской части, создал в Севастополе (в местечке под названием Голландия) новый морской кадетский корпус, в котором мог бы учиться наследник, отличавшийся слабым здо­ровьем. На этой базе, практически разрушен­ной во время войны, С.Г. Горшков открыл Высшее инженерное военное морское училище, готовившее специалистов для атомного флота.

Это учебное заведение было первоклассным, особенно его учебная база.

Главком вникал в суть учебного процесса этого училища. Персональ­ных компьютеров тогда ещё не было, но ЭВМ уже  прочно вошли в жизнь  флота. Одному из курсантов, выполнявших учебное задание на ЭВМ, Горшков предложил решить аналогичную задачу без помощи вычислительной машины. Задача довольно простая, но требовавшая выполнения большого количества арифметических действий, которые курсант стал выполнять на бумажке. На вопрос Главкома, почему он не использует логарифмическую линейку, курсант ответил, что не умеет ею пользоваться. Горшков спокойно и подробно разъяснил ему, почему в современной вой­не электроника играет столь важную роль, но надо уметь воевать и при выходе электроники из строя, поэтому ло­гарифмические линейки выбрасывать еще рано.

В Севастополе функционировало еще одно Высшее военно-морское училище, аналог Ле­нинградского высшего военно-морского училища им. Фрунзе. Однажды на базе этого училища проводилось совещание под руководством Главнокомандующего. После совещания начальник училища пригласил Горшкова осмотреть недавно отрес­таврированный вестибюль училища. Начальник училища подвел Главкома к мраморной доске с фамилиями курсантов, закончивших училище с золотой медалью. В противоположном конце вестибюля находилась доска с фамилиями курсантов, ставших адмиралами. Начальник ГИУ В.Е. Путята обратил внимание, что ни один из ставших адмира­лом не значится в списках закончивших училище с золо­той медалью. Оказалось, что и в ВВС страны золотые медалисты редко выходили в генералы. С.Г. Гор­шков посоветовал начальнику училища подумать над тем, чтобы эти доски  разместить в разных помещениях.
У Сергея Георгиевича был свой стиль руководства – «композитный». Первая составляющая была аналогична стилю Павла I, который собирал всех власть име­ющих на плацу, там же заслушивал рапорты, разбирался в проблеме и там же принимал решение. Прохождение дел и приня­тие по ним решений при Павле I было самым быстрым в истории дореволюционной России. Так же происходило и при Горшкове, который при посещении флота брал с собой всех основных началь­ников. Рассмотрение обращений флота проходило быстро и квалифициро­ванно. Принятые решения документировались. Контроль за их исполнением был четким и жестким.

Вторая составляющая — традиционный порядок: обра­щайся в соответствующую инстанцию/службу и жди решения.

Горшков был очень требовательным и жестким Главнокомандующим. Он не терпел ни малейшего сопротивления своим намерениям и действиям. Был подвержен настроениям. Иногда какая-та фраза в докладе, сказанная невпопад, могла вызвать у него сильнейшее раздражение и стать причиной действий, противо­положных тем, на которые рассчитывал докладчик. Приня­тых своих решений не пересматривал и не отменял, но в моменты раздражения серьезных решений не принимал. И в гневе он знал пределы допустимых действий.

Ближнее его окружение сформировалось путем естественного отбора. Оставшиеся работали с Гор­шковым долго. Это были люди толковые, грамотные и способные выдержать стиль работы Горш­кова. Кадровой чехарды в его ближнем ок­ружении не было.

Понимая роль науки в создании современного флота, Главком ценил и уважал ученых. И они ему отвечали тем же. Роль личности Горшкова в деле создания современного военного флота и умения управлять им высоко оценивалась и представителями американских военных кругов.

Природа наделила Горшкова необыкновенной силой воли и целеустремленностью, не обидела умом и други­ми талантами. Казалось, что сами высшие небесные силы способ­ствовали удаче в его делах. Все вместе взятое позво­лило Сергею Георгиевичу сделать то, что ждала от него страна, на что были затрачены астрономические денежные средства и ресурсы — создать могучий современный ра­кетно-ядерный океанский флот, по мощи сопоставимый с флотом основного вероятного противника.

Критикам Горшкова

Как и всегда на Руси, с отставкой крупной государственной личности начинается процесс выявления допущенных ею ошибок, постепенно переходящий в обливание грязью.
Одним из упреков в адрес Горшкова стало недостаточное внимание к базированию кораблей. Критики об­виняли его в том, что не были сбалансированы темпы кораблестроения и строительства системы ба­зирования, не предприняты меры по ускорению создания береговых объектов.

Да, отставание в строительстве системы базирования отри­цательно  влияло на боевые возможности сил флота. Но именно С.Г. Горшков  делал все возможное, что позволяли ему должность, положение в стране, близость к верховному руководству, чтобы сократить этот дисбаланс. Делал добросовестно, напористо, с ду­шой, но решить эту задачу до конца не смог. Эта задача была прерогативой более высокого уровня руководства.

Военно-морскому флоту, как и другим ведомствам страны, ежегодно выделялись денежные средства на ка­питальное строительство. Под них выделялись фонды на оборудование, строительные машины и мате­риалы. Годовой план задавался по валу (сколько денег из­расходовано на строительство) и по вводу (на какую сум­му введены в эксплуатацию построенные объекты). Во­енно-морской флот регулярно выполнял план строительства и по валу, и по вводу. Были выполнены гро­мадные объемы строительных работ, по сумме сопоставимые со всем построенным для военного флота за период от Петра I до И. Сталина включительно. В суровых климатических условиях на диких необжитых бе­регах были созданы новые военно-морские базы, аэро­дромы, первоклассные современные судоремонтные за­воды, громадные арсеналы оружия, целые города с пла­вательными бассейнами и зимними садами и многое другое. Но и этого было мало, для того чтобы максимально эффективно использовать боевые возможности сил флота и создать нормальные условия жизни и службы для офицеров и матросов.

ВМФ регулярно обращался в ЦК партии, Правительство, к ми­нистру обороны с докладами о сложившейся ситуации и с просьбами об увеличении средств на капитальное стро­ительство. По этим док­ладам принимались постановления Совмина и ЦК, из­давались приказы министра обороны. Какое-то увеличе­ние происходило, но кардинальных изменений не было. Главком в целях концентрации средств на наиболее важных направлениях издавал свои приказы, в которых обязывал построить определенные объекты в уста­новленные сроки. Но из-за недостатка средств и эти приказы не всегда удавалось выполнить.

В Военно-морском флоте составлялся годовой титуль­ный список капитального строительства,  в котором перечислялись все объекты капитального стро­ительства с указанием суммы денег, отпущенных в год на каждый объект. Оплату производила финансо­вая служба ВМФ, выполнявшая роль банка, по ак­цептам заказчика — ГИУ ВМФ. Если по какому-то объек­ту в титульном списке указывалась сумма в 100 руб., а счет был акцептован на 105 руб., то финансовая служ­ба оплачивала только 100 руб. Финансовая дисцип­лина была жесткая.

Ежегодно к годовому титульному списку капстроительства составлялась справка, в которой перечислялись постановления ЦК КПСС и Совмина, приказы министра обороны и Главнокоманду­ющего ВМФ, которые не могут быть выполнены из-за не­достатка выделенных средств. Руководство всех уровней было прекрасно информировано о действительном по­ложении дел. Министр обороны не мог выделить больше средств ВМФ, так как у него были и ракетные войска, и ВВС, и сухопутные и много других структур. ЦК и Совмин не могли больше дать Министерству обороны, так как у них была вся страна, и везде так же было трудно.

Я не пытаюсь обелить С.Г.Горшкова и вывести его за пределы критических нападок по поводу несбаланси­рованности программы кораблестроения и планов капи­тального строительства. Просто хочу показать, что он сде­лал все, что мог, и что кто-то другой вряд ли сумел бы в той системе кардинально изменить положение.

Нынешние критики полагают, что кардинально изменить положение можно было бы, приняв решение о некотором сокра­щении выделения средств на строитель­ство кораблей и лодок и перечислении их на капитальное строительство. При системе централизованно­го планового хозяйства это было не так-то просто. Даже если бы эти деньги выделили строителям, где взять стро­ительные материалы и оборудование? Ведь вся продукция промышленности строительных материалов до кирпичи­ка  была расписана. Требовалось увеличивать ее мощности. А для этого тоже нужны были деньги. В те времена кро­ме денег нужны были фонды, то есть плановые задания заво­дам, фабрикам, карьерам продать определен­ное количество своей продукции держателю фондов.

Перевод средств с кораблестроительной программы на строительную не мог дать моментального положительного эффекта в строительстве. Требовалось немалое время, чтобы строители смогли бы «проглотить» эти деньги. А для судостроителей решение об уменьшении фи­нансирования привело бы к немедленным негативным последствиям. Корабли создает вся страна. И это бы коснулось не сотен, а тысяч предприятий. В работе этой системы начались бы сбои, на устранение которых снова нуж­ны были бы и время, и деньги.

О деятельности 23 ГМПИ

Одной из главных задач 23 ГМПИ была разработка проектной документации для объектов системы базиро­вания атомных подводных лодок (АПЛ) трех видов: с баллистичес­кими ракетами, с крылатыми ракетами и многоцелевые. АПЛ с баллистическими ракетами предназначаются для удара по наземным целям, с крылатыми - по корабель­ным группировкам и наземным целям, многоцелевые — для борьбы с подводными лодками и корабельными груп­пировками.

Со всеми проектами, разрабатываемыми нашим институтом, Главком был знаком досконально.

В пункте базирования АПЛ, как и других кораб­лей, объектом №1 является причал. АПЛ всех видов при стоянке в базе швартовались только к плавучим причалам. Первые проекты плавучих причалов разрабо­тал 23 ГМПИ, за что его авторы стали лауреатами Ле­нинской премии. Без применения плавучих причалов страна не смог­ла бы в требуемые сроки решить проблему базирования нового военного флота.

В базе у причалов атомные лодки стоят с заглушен­ными реакторами, а все необходимые для обеспечения их жизнедеятельности и боевого использования среды и виды энергии подаются с берега специальными установ­ками, проекты которых разработал 23 ГМПИ.

Перезарядка реакторов с водяным теплоносителем осуществлялась на плаву с помощью комплекса плаву­чих и береговых средств на специальных площадках. На этих же площадках было организовано хра­нение жидких и твердых радиоактивных отходов.

Особенности эксплуатации АПЛ с реакторами с жидко-металлическим теплоносителем потребовали строительства в базе котельной с котлом высокого давления (по спецзаказу). Трубы из нержавейки, вода высокой очистки, по­лучаемая из особой установки. Когда перешли на элект­рический подогрев, эксплуатация упростилась.

Уникальным было решение по перезарядке лодок, которую можно было производить только на твер­дом основании. Для этого был построен специальный сухой док, по стенам которого ходил стационарный козловой кран боль­шой грузоподъемности. АПЛ заходила в док, док осушал­ся, лодка садилась на кильблоки, вырезалась сверху часть прочного корпуса, кран вынимал конструкцию с застыв­шим теплоносителем и переносил ее на берег в специаль­ное бетонное гнездо.

При определенной степени бо­евой готовности офицеры и матросы должны находить­ся в непосредственной близости от лодки. Для этой цели были спроектированы и построены специальные казар­мы с поэкипажным размещением личного состава.

Погрузка ракет на лодки осуществлялась у стационарных причалов специально спроектированными кранами-кантователями. Это были уникальные погрузочные средства, не имевшие мировых аналогов. За их разработку были выданы авторские свидетельства на изобретение, в том числе и со­трудникам 23 ГМПИ.

Хранение и транспортировка морских баллистических ракет одного из видов требовала особой технологии по ли­нии медицинской и экологической безопасности. Проектом 23 ГМПИ были предусмотре­ны все необходимые устройства, блокирующие возмож­ные негативные последствия при аварийной протечке токсических  вещества, входящих в состав топли­ва и окислителя этих ракет.

По проектам 23 ГМПИ были построены учебные цен­тры для подготовки экипажей атомных подводных лодок. Один из них, самый крупный, остался за границей — в Эстонии, в городе Палдиски. В центре были установле­ны действующие реакторы АПЛ двух типов, на которых экипаж отрабатывал свои задачи. При учебном центре был построен жилой и казарменный городок.

Непосредственно перед развалом Советского Союза в Палдиски была построена по проектам 23 ГМПИ опытовая база для испытания подводных лодок новых типов. Теперь все это за границей.

В Хари-Лахте, вблизи Таллина, по проектам 23 ГМПИ был построен научно-исследовательский полигон Воен­но-морского флота, занимавшийся исследованием и ис­пытанием шумности и физических полей как отдельных видов оборудования, так и кораблей в целом. Хороший полигон и отличные специалисты.

В Балаклаве, на Черном море, по проектам 23 ГМПИ был построен еще один научно-исследовательский по­лигон Военно-морского флота с большим бассейном для испытания моделей кораблей и морской полигон для опытовых подводных лодок. Там же, в Балаклаве, по про­ектам 23 ГМПИ было построено и эксплуатировалось первое в Союзе подземное укрытие для дизельных под­водных лодок. Все это тоже теперь не наше, другой страны.

На второй день после похорон С.Г.Горшкова (в мае 1988 г.) ранним утром я побывал на его могиле на Новодевичьем кладбище. Небольшой земляной холмик с фанерной табличкой на колышке. Ни одного цветка (вероятно, уже убрали).

Положил свой букет цветов. И на душе стало очень грустно. Ушел из жизни не только большой военноначальник, Главнокомандующий Военно-морского флота огромной страны, но и очень хороший человек. Такая потеря тяжела особенно.

 

 
Связанные ссылки
· Больше про Время и судьбы
· Новость от Proatom


Самая читаемая статья: Время и судьбы:
О.Пеньковский - «шпион века» или «подстава» КГБ?

Рейтинг статьи
Средняя оценка работы автора: 4.66
Ответов: 6


Проголосуйте, пожалуйста, за работу автора:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 2 Комментарии | Поиск в дискуссии
Спасибо за проявленный интерес

Re: Хороший человек (Всего: 0)
от Гость на 06/11/2013
Рекомендовано в качестве учебника для Шойгу!



[ Ответить на это ]


Re: Хороший человек (Всего: 0)
от Гость на 25/01/2018
Учился в ВВМУ им Фрунзе с внуком Горшкова, Петром!!! Правильно, для Шойгу и других, ОТЛИЧНЫЙ ПРИМЕР!


[ Ответить на это ]






Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(921)9589004
E-mail: info@proatom.ru, webmaster@proatom.ru. Разрешение на перепечатку.
За содержание публикуемых в журнале информационных и рекламных материалов ответственность несут авторы. Редакция предоставляет возможность высказаться по существу, однако имеет свое представление о проблемах, которое не всегда совпадает с мнением авторов Открытие страницы: 0.06 секунды
Рейтинг@Mail.ru