PRoAtom

(Всего: 0)
от на 30/04/2024

Заключение 10. Вполне вероятно, что серьезно искажен процесс выбора, обоснования безопасности и лицензирования главного пассивного защитного барьера ПГЗРО – горного массива. Не в полной мере и неадекватно их значению, предположительно, применены Закон «Об обращении с радиоактивными отходами» (ст. 3, п. 1; ст. 12, п. 2; ст.13, п. 2 и п. 3) и Закон «О недрах» (ст. 6, п. 2 и п. 4; ст. 8; ст. 10 и 10.1; ст. 11; ст. 12, п. 2; ст. 22; ст. 23, пункты 1, 2, 3, 8), а также ряд пунктов подзаконных Закону «О недрах» актов (например, Методические рекомендации по обоснованию выбора участков недр для целей, не связанных с добычей полезных ископаемых от 2007 года). Возможны нарушения и других документов (см. proza.ru/2020/09/20/903; proza.ru/2022/11/25/1638; proza.ru/2022/10/16/1278). Поэтому, разумной и уместной может быть просьба юристам проверить предполагаемые нарушения. Небольшой комментарий. Приведенные примеры (см. текст статьи) дополняет фрагмент (слайд 22, Презентация Большов Л.А. о результатах НИР «Ключевые вехи и решения в области обращения с РАО»). ИБРАЭ РАН. Актуальные научно-технические проблемы атомной энергетики, Совет по приоритетному направлению Стратегии научно-технологического развития «Переход к экологически чистой и ресурсосберегающей энергетике…», 25 октября 2018 г. На слайде в последовательности событий относительно проблемы создания ПГЗРО федеральные законы представлены лишь Законом «Об обращении с РАО» (2011 г.). Решение о необходимости ПГЗРО и начало неких исследований по выбору площадки некоего ПГЗРО обозначены задолго до 2011 г. Вариантов понимания предложенной Л.А. Большовым информации формально два. Либо фундаментальной законодательной базы для федерального ПГЗРО до 2011 г. не было (это не так, вполне приоритетный для решения проблемы ПГЗРО Закон «О недрах» существовал с 1992 г.; не зря именно к нему основная задача глубинного захоронения РАО-1,2 переадресована Законом «Об обращении с РАО», ст. 12 п. 2; ничего специализированного лучше в правовом поле 2011 г. не было и не требовалось). Либо (и это ближе к действительности) при наличии Закона «О недрах» упомянутые исследования почти двадцать лет выполнялись (и выполняются до сих пор!) вне четкой связи с ним (позитив ли это, как относиться к изучению недр и полученным для оформления разрешительных документов результатам при таком вряд ли законном подходе?). А ведь в это время были спланированы, профинансированы, организованы и выполнены фактически все до сих пор известные ГИН по Енисейскому проекту. «На участке Енисейский выполнены геологоразведочные работы (ГРР) поисковой (2003—2010 гг.) и оценочной (2010—2014 гг.) стадий» (О.А. Морозов и др. Радиоактивные отходы. 2019. № 4 (9). С. 46—62). Эта же, что и у Л.А. Больщова, информация предложена С.С. Уткиным (2017, Программа исследований в обоснование безопасности ПГЗРО, слайд 2, http://www.atomeco.org/mediafiles/u/files/2017/materials/02_Utkin_IBRAE.pdf).