PRoAtom

(Всего: 0)
от на 14/01/2026

В далёкие 1960-е были проекты по строительству быстрых реакторов на плутонии-уране, у которых КВ планировался 1,4-1,7. Данный КВ планировалось реализовать, в комплексе с металлургической или пирохимической радиохимией, сначала в течении 3 лет, затем 8 лет, а реально с водной радиохимией получилось более 100 лет. Реальные построенные быстрые реакторы давали КВ менее 1,15, а с учетом потерь плутония на распад и в отходы, КВ не превышал 1,0. Реактор с КВ более 1,0022 имеет рост реактивности выше бета-эфф, и не имеет естественной защиты от разгона на мгновенных нейтронах (катастрофическое разрушение реактора). Для топлива из плутония категорически недопустимо иметь большой запас реактивности. В случае потери охлаждения, если нет компенсирующего запаса U-235 с долей реактивности выше 60%, в реакторе может произойти мгновенный скачек реактивности в 7 раз с положительной температурной обратной связью, при достижении температуры топлива выше 900*С. Это будет не просто разрушение реактора, а настоящий ядерный взрыв (для взрыва бомбы достаточно иметь скачек реактивности в 1,4 раза). С топливом [Pu(0,4)/U-235(0,6)] реактор на быстрых нейтронах безопасен, но имеет КВ не более 0,85, то есть непригоден в качестве реактора в составе ЗЯТЦ БР. Требуемый КВ цикла должен быть более 1,0, чтобы обеспечить хотя бы простое воспроизводство. Реактор БРЕСТ имеет расчетный плутониевый КВ в реакторе 1,035. Это превышение запаса реактивности 15 бета-эфф в отдельно взятой ТВС, поэтому реактор БРЕСТ не имеет заявленной естественной ядерной безопасности, с реактивностью в пределах 1 бета-эфф. Для соблюдения требования естественной безопасности БРЕСТ должен иметь запас реактивности в любой момент времени не более бета-эфф для плутония, то есть 0,23-0,25%. Такая точность недостижима при фабрикации ядерного топлива, погрешность составляет 0,4%, и говорить о естественной безопасности БРЕСТ (непревышение бета-эфф) некорректно. На практике, с водной радиохимией, за счет распада Pu-241, КВ цикла составляет 0,98. С учетом потерь в отходы водной радиохимии КВ составляет 0,96. Все вышеперечисленные проблемы можно считать незначительными, по сравнению с тем, какую проблему составляет один из самых токсичных изотопов ОЯТ – америций-241 (432 года). Практика радиохимии и фабрикации уран-плутониевого оксидного топлива НИИАР (1962-н.в.), МАЯК, ГХК (публичный годовой отчет 2019) показывает, что в атмосферных выбросах предприятий доля альфа-активности Am-241 превышает 50% всей альфа-активности. Ещё более токсичны изотопы кюрия, самыми опасными из которых являются Cm-242 (0,5 года) и Cm-244 (18 лет), дающих до 30% энерговыделения ОЯТ БРЕСТ. На современных проектах быстрых реакторов следует писать, как на суррогатных напитках (не является молоком, не является вином, не является соком, не является мясом), не является реактором-размножителем, чтобы не вводить посторонних лиц в заблуждение. Тогда не будут появляться статьи, подобно той, которую сегодня предоставили на обсуждение. Дементий Башкиров