В настоящее время в ЗАТО
«Железногорск» Красноярского края, вблизи стыка крупных геологических структур
земной коры, на промышленной территории ранее созданных оборонных предприятий,
при
наличии некоторого набора вызывающих сомнение лицензий (лицензиат – национальный
оператор ФГУП «НО РАО») сооружают национальный пункт глубинного захоронения
твердых радиоактивных отходов (РАО) 1 и 2 классов опасности (ПГЗРО). Этот
объект - сложнейшая геотехническая система, относящаяся к сферам использования
как атомной энергии, так и недр. Напомним, что промышленная территория
Железногорска имела/имеет/будет иметь отдельные, первоначально в статусе
подразделений Горно-химического комбината (ГХК), подземные захоронения жидких
РАО и промышленных реакторов-наработчиков плутония.
Опубликованы некоторые конкретные
примеры соседства ПГЗРО и подразделений ГХК. Д.А.Озерский и др., Радиоактивные
отходы, 2022, № 4, рис. 1, недоступные для изучения недр территории соседних
предприятий со стороны Енисея. Взаимоположение природных
и техногенных объектов на рис. 2.1.1 диссертации Г.Д. Неуважаева, специальность
«Ядерные энергетические установки, включая проектирование, эксплуатацию и вывод
из эксплуатации», ИБРАЭ, 2022. ВНИПИпромтехнологии, 2011, арх. № А-12215, ОВОС,
с. 12 – на расстоянии 2 км от участка «Енисейский» производственных площадок
ГХК не существует, с. 116 – ПГЗРО будет располагаться частично в пределах
санитарно-защитной зоны ГХК, с. 122 – горный мониторинг ПГЗРО войдет составной
частью в систему горного мониторинга ГХК.
При этом на рис. 2.1.1 диссертации
Г.Д. Неуважаева территории соседних предприятий занимают
едва ли не половину обозначенной потенциальной зоны влияния проектируемого
ПГЗРО. И формально комплексные исследования контакта участка «Енисейский» и
Енисея затруднены. Но, как оказалось, применительно к подземным водам именно на
«недоступных для изучения недр территориях соседних предприятий» давно уже
наработали критически важный для ПГЗРО опыт реальной долговременной
эксплуатации среды размещения радиоактивных веществ. В условиях
природно-техногенной структурной неоднородности, формирующей фильтрационный
поток, в том числе, из-за особенностей контакта геологического массива и горных
выработок (https://proza.ru/2024/10/04/28).
В дальнейшем этот опыт может быть
адаптирован для прогнозов «вечного» сосуществования пустот в массиве после
выводов ГХК и ПГЗРО из стадий активной эксплуатации. Разные изначально объекты
по назначению и задуманному времени действия, а недра их в будущем уровняют. В
контексте контакта промышленной зоны Железногорска и Енисея вряд ли прогноз
судьбы ее горных выработок (включая туннель между берегами) и вмещающих их
пород следует рассматривать раздельно по объектам.
По объему работ объекты ГХК и ПГЗРО в
свое время сопоставлялись с метро (Владимир Губарев, фонд исторической
перспективы, интернет-газета «Столетие». 28 ноября 2014 г.). Цена объекта
изоляции РАО Великобритании (под дном моря, как в Швеции и Финляндии) ставит
его на первое место в таблице гигантских инфраструктурных проектов этой страны
или близко к нему (https://bezrao.ru/n/7683). Российские объекты,
предусматривающие захоронение РАО «под выбранной одной крышей», вписаны в плане
и на глубину в природную немалую зону водосбора Енисея со стороны правого
берега. Кто «для уровня планирования» до миллиона лет (период потенциальной
опасности РАО-1,2) доказал безопасность небывалого и противоречащего мировым
канонам сложного комплекса под этой самой крышей в целом, а не только ПГЗРО? Возможно
ли такое доказательство в принципе? И как планируемая локальная подземная
исследовательская лаборатория (ПИЛ) на участке «Енисейский» сможет адекватно
отобразить защитные свойства пространственно-распределенных общей крыши и
общего фундамента для стадии их полностью автономного (без присутствия в недрах
людей) существования?
Размещение, строительство и
эксплуатация ПГЗРО подлежат комплексному регулированию (помимо норм
экологического права) непосредственно на нормативно-правовой базе – Закон «Об
использовании атомной энергии» (ст. 48), Закон «Об обращении с радиоактивными
отходами» (ст. 3, п. 1; ст. 12, п. 2; ст.13, п. 2 и п. 3) и Закон «О недрах»
(ст. 6, п. 2 и п. 4; ст. 8; ст. 10 и 10.1; ст. 11; ст. 12, п. 2; ст. 15; ст.
22; ст. 23, пункты 1, 2, 3, 8; ст. 23.6; ст.
24; ст. 27; ст. 27.2; ст. 29 и некоторые другие) с его
подзаконными актами. Не должно быть пренебрежения какими-либо обязанностями
каждого из регуляторов – Роснедр и Ростехнадзора. См., например, обобщения ИИ в
связи с термином «ядерное недропользование».
К сожалению, устремленность к такой
базовой совокупности законов вряд ли можно найти в наставлениях (Абалкина И.Л.
и др. Обоснование долговременной безопасности захоронения ОЯТ и РАО на 10 000 и
более лет: методология и современное состояние. Препринт ИБРАЭ № 2019-03 — М:
ИБРАЭ РАН, 2019. — 40 с.) ИБРАЭ - научного руководителя работ по проекту
создания ПГЗРО (Положение о научном руководителе работ по проекту создания
ПГЗРО утверждено приказом Госкорпорации «Росатом» № 1/1161-П от 05.10.2020).
Смотри также статью В.Н. Комлева на сайте ПроАтом «О
необходимости правовой экспертизы документов по изучению участка «ЕНИСЕЙСКИЙ»,
п. 10 Заключения статьи https://proza.ru/2023/11/20/1131.
ИБРАЭ не имеет лицензии Роснедр на
пользование недрами. Не имел должного состава специалистов горно-геологического
профиля и какого-либо опыта подземного строительства. Не принимал участия в
работах по тематике ПГЗРО не только на других площадках страны, но и
Красноярского края. Не мог сформировать на основе собственной деятельности
адекватное восприятие задач, имеющихся результатов и перспектив работ по
тематике. Впору было бы начать профессионально и добротно осваивать
многогранную проблему создания ПГЗРО с нуля, а не научно руководить её решением,
в том числе – на базе не российского законодательства, а удобно подобранных для
назначенного участка «Енисейский» фрагментов (лишь фрагментов!) опубликованного
зарубежного опыта. Лицензия Ростехнадзора ГН-13-101-4356.pdf от 11.01.2023 (запоздалая
попытка юридически закрепить свое место после начавшихся трудностей) дает право
Институту на проведение экспертизы хранилищ РАО, но не ПГЗРО (по заявлению от
2022 г. после Материалов обоснования другой лицензии, МОЛ-2022, в варианте ФГУП
«НО РАО»). Какие основания в 2020 г. были у ИБРАЭ для обозначенного научного
руководства и надежд на его позитивный итог?
Создана, в основном, наземная
инфраструктура. С конца 2022 г. как бы приступили к горным работам (в 2024/2025
г. приостановлены: Радиоактивные отходы. 2025. № 1, с. 65). Безопасность
объекта должна быть обеспечена на сотни тысяч и до миллиона лет. Затраты по
зарубежным аналогам (прежде всего, США и Китая) только для первых очевидных
этапов оценивают уровнем от 100 миллиардов долларов.
Подробней с контурами и особенностями
проблемы можно ознакомиться по статьям Б.Е. Серебрякова на сайте ПроАтом, а
также автора, например, на сайте (поиск по «Владимир Комлев 2») https://proza.ru.
Здесь ограничимся правовой детализацией и экспертной оценкой обоснования/подготовки/обеспечения
работ на примере главных лицензий, а также правил и реального опыта их
оформления. Все использованные материалы – свободного доступа.
АНАЛИЗ
ДОКУМЕНТОВ
I. Лицензия Ростехнадзора ГН-01,02-304-3318
от 27-12-2016 (основное официальное
основание реально осуществляемого конкретного строительства подземного объекта
и выполненного обустройства наземной необходимой инфраструктуры). Заявление
ФГУП «НО РАО» от 25.12.2015, то есть до Протокола ГКЗ Роснедр № 4523-пс от
03-02-2016 (https://yadi.sk/i/Nbvvx8zrv58tlQ) – результата наиболее полного на
сегодня геологического рассмотрения ситуации с рекомендацией выполнить
геологоразведку (не закончена до сих пор) и до выдачи Роснедрами[Ч1] [Ч2]
небезупречной лицензии на пользование недрами КРР 16117 ЗД (2016 г.). Торопились?
Лицензируемая деятельность (по
МОЛ-2015): «Размещение и сооружение не относящегося к ядерным установкам пункта
хранения РАО, создаваемого в соответствии с проектной документацией на
строительство объекта окончательной изоляции РАО (Красноярский край,
Нижне-Канский массив) в составе подземной исследовательской лаборатории». Лицензируемая
деятельность (по бланку лицензии): «Размещение и сооружение пункта хранения
радиоактивных отходов. Объект, на котором и/или в отношении которого проводится
заявленная деятельность: стационарные объекты и сооружения, не относящиеся к
ядерным установкам, радиационным источникам и предназначенные для хранения
радиоактивных веществ, хранения или захоронения радиоактивных отходов в составе
подземной исследовательской лаборатории».
В Отчете по экологической
безопасности ФГУП «НО РАО» за 2024 год (см. также Национальный доклад за 2020
г., с. 144) эта лицензия трактуется иначе (!):
«на размещение и сооружение ПИЛ» (с. 8).
Кстати, там в списке лицензий
Национального оператора нет новой лицензии Ростехнадзора, которая готовилась в
связи с МОЛ-2022 (подготовленные, как декларировали авторы МОЛ, на базе Федерального
закона от 21 ноября 1995 г. N 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии»
аналогично предшествующим МОЛ-2015) на замену (как дубль «на сооружение»:
https://proza.ru/2022/10/16/1278, https://proza.ru/2023/06/16/625) лицензии
ГН-01,02-304-3318 от 27-12-2016. Как нет и признаков ведения горных работ на
участке «Енисейский», которые обозначались в Отчете по экологической
безопасности ФГУП «НО РАО» за 2023 год. Вряд ли случайно, что за более чем два
года замещающая лицензия на строительство того или иного подземного объекта не
была выдана.
II.
Позднее новая лицензия ГН-(С)-01-304-4829 от 21.05.2025 Ростехнадзором все же
была выдана. Насколько она
замещает/развивает/дополняет/отменяет предыдущую ГН-01,02-304-3318 от
27-12-2016 и отличается функционально от нее – понять пока нельзя. Срок
окончания действия тот же - 27.12.2026. Лицензируемый вид деятельности по
смыслу – часть предыдущего: размещение объекта применения лицензируемой
деятельности. Виды работ (как сообщается в ознакомительной общей информации на
сайте Ростехнадзора, саму лицензию с полным набором приложений пока получить не
удалось), выполняемых в составе лицензируемого вида деятельности, по смыслу те
же: размещение (01) и сооружение (02 - !?, так как в номере лицензии данный
маркер отсутствует) пункта хранения радиоактивных отходов. Объект, на котором
или в отношении которого осуществляется деятельность: стационарные объекты и
сооружения, не относящиеся к ядерным установкам и радиационным источникам, и
предназначенные для захоронения радиоактивных отходов в составе подземной
исследовательской лаборатории. Адреса мест осуществления лицензируемого вида
деятельности в обозначенном документе о появлении новой лицензии не указаны!
Можно предположить, что причины новой лицензии именно в таком виде (прежде
всего, отсутствие вида лицензируемой деятельности СООРУЖЕНИЕ/СТРОИТЕЛЬСТВО и
места) – неопределенности с параметрами площадки и вынужденное изменение
проекта.
Доминирует вид деятельности
РАЗМЕЩЕНИЕ (что, мягко говоря, не соответствует теме МОЛ-2022 и документов
общественных слушаний/обсуждений того времени, https://www.admk26.ru, –
последних в этой истории, одобренных государственной экологической экспертизой
в 2023 г.). Это возвращение в начало
пути, но без Роснедр? И подтверждение плохого качества основного объема
материалов, полученных в предыдущие годы? Самое время, вероятно, в свете ст. 8
Закона «О недрах» сопоставить новую точку отсчета (лицензия ГН-(С)-01-304-4829,
май 2025 г.) с новыми условиями, проявленными известными событиями (удары по
стратегическим объектам в разных регионах России и Ирана; Лямин
Ю.Ю. Без победителей, но с вероятным продолжением // Россия в глобальной
политике. 2025. Т. 23. № 5. С. 182–191) июня 2025 г.
Неожиданное резкое изменение
ситуации. Напомним: именно участники Енисейского проекта разработали МОЛ-2022 целенаправленно
без стадии РАЗМЕЩЕНИЕ, а затем отстаивали такую позицию и даже начало горных
работ (статьи 23/12/2022 «Уникальное недропользование (экспертиза документов)»,
24/11/2022 «Обсужденно-недоосужденный ядерный могильник», 13/10/2022
«Внесистемное лицензирование деятельности в связи с окончанием использования
АЭ», 20/09/2022 и 26/09/2022 «Воспоминания и размышления для геоядерного
будущего», 07/07/2022 «Принципиальные ошибки обоснования ядерного могильника»,
04/07/2022 «Обоснование ПГЗРО в недрах промышленной территории ГХК» на сайте
ПроАтом с комментариями).
Выдача не Роснедрами лицензий на РАЗМЕЩЕНИЕ
В НЕДРАХ КАКОГО-ЛИБО МАССИВА ЛЮБОГО ПОДЗЕМНОГО ОБЪЕКТА (на такое пользование
недрами) противоречит, прежде всего, пункту 2 статьи 12 Закона «Об обращении с
радиоактивными отходами» и не является функцией Ростехнадзора. ПГЗРО, ПИЛ,
пункт хранения РАО, объект окончательной изоляции РАО – разве это одно и то же?
К тому же филологическая конструкция лицензируемой деятельности не
соответствует статье 6 Закона «О недрах» и далека от совершенства. Опережающая
лицензия от Роснедр с видом лицензируемой деятельности на пользование недрами
согласно ст. 6 Закона «О недрах» отсутствует.
Похоже, что при лицензировании
Енисейского проекта, не обращая внимания на выявленные оппонентами нарушения
законодательства и технических норм, скорректированную появлением лицензии
ГН-(С)-01-304-4829 ситуацию, все же настойчиво продолжают идти окольными
зигзагами внесистемного пути, применяя чехарду суррогатных вариантов ключевых
терминов.
Действительность: реально создаваемый
на участке «Енисейский» подземный объект, относящийся к установкам/комплексам
ядерного топливного цикла и радиационным источникам, не являющийся пунктом
хранения РАО, размещается/сооружается не в недрах Нижне-Канского или
Нижнеканского массива, а в недрах промышленной территории Железногорска
Красноярского края. Решение (ФЦП ЯРБ-1) о создании ПГЗРО давно принято,
лицензия (КРР 16117 ЗД) на захоронение РАО (не в соответствии со ст. 6 Закона
«О недрах», при слабой горно-геологической изученности района и площадки
предполагаемого размещения ПГЗРО, её законность вызывает сомнение) давно
оформлена, их никто и никогда не отменял (https://proza.ru/2023/11/20/1131). Но
по Отчету по экологической безопасности ФГУП «НО РАО» за 2024 год, раздел
1.3.1: это решение еще предстоит.
ОЛ-2015 и МОЛ-2022 разработаны, как
уже отмечалось, якобы по процедуре от Закона «Об использовании атомной энергии».
Технические задания к экспертизам ПГЗРО базируются на Законе «Об использовании
атомной энергии», включают экспертизу ядерной безопасности (НТЦ ЯРБ) и проходят
через Управление Ростехнадзора по регулированию безопасности объектов ядерного
топливного цикла, ядерных энергетических установок судов и радиационно-опасных
объектов. Письмом Росатома от 19.09.2022 №1-2.4/53139 и Заключением ИБРАЭ от
2022 года (а также Е.Г Кудрявцев и др., 2013, конференция «Фундаментальные
аспекты безопасного захоронения РАО в геологических формациях», с. 78-84)
дополнительно к аргументам моих прежних статей справедливо обозначается
принадлежность работ по ПГЗРО к тематике «Ядерные энергетические установки» как
комплекса ядерного топливного цикла (в соответствии с НП-016-05). См. также п.
5 раздела VI
настоящей
статьи. Но признание такого характера отдельных фрагментов комплексных работ не
означает правомерность отхода от Закона «О недрах» в вопросах лицензирования
НЕДРОПОЛЬЗОВАНИЯ.
Если даже временно допустить, что
ПГЗРО имеет статус «не относящегося к ядерным установкам», то тогда, тем более,
ему, видимо, не место в недрах промышленной территории Железногорска (при
внимательном прочтении статьи 8 Закона «О недрах») вообще и в современных
условиях, в частности.
III.
Сопоставим историю лицензий Роснедр и Ростехнадзора на подземные работы в
рамках Енисейского проекта и Правила предоставления права пользования участком
недр для строительства и эксплуатации подземных сооружений для захоронения РАО…
(утверждены Правительством РФ 29.12.2021).
Правила
(выписка).
1. Основанием
предоставления права является решение Правительства РФ.
2. Право
пользования участком предоставляется юридическому лицу, имеющему выданную в
установленном порядке лицензию на право работ в области использования АЭ.
3. Для получения
права необходимы следующие документы и сведения:
а) заявка, в
которой указаны сведения о соответствии заявителя требованиям Закона «О
недрах», наименование участка, вид пользования недрами;
в) сведения об
участке: описание границ, площадь, геологическое обоснование границ, границы
участков недр, предоставленных в пользование (в случае если указанный в заявке
участок недр расположен в границах предоставленного в пользование участка недр,
имеющего статус горного отвода), сведения о виде
подземного сооружения, способах его эксплуатации, требованиях к составу и
свойствам горных пород, в которых будет осуществляться захоронение
радиоактивных отходов;
г) сведения о
радиоактивных отходах I и II классов опасности, планируемых к захоронению на
испрашиваемом участке недр: сведения об общих и о среднегодовых объемах предполагаемых
к захоронению РАО;
д) предложения
заявителя об условиях пользования участком недр, включающие предложения о
сроках и составе работ по строительству подземных сооружений, режиме их
эксплуатации, о соблюдении требований по рациональному использованию и охране
недр, предусмотренных статьей 23 Закона Российской Федерации «О недрах», а
также перечень мероприятий по обеспечению экологической и промышленной
безопасности подземных сооружений и деятельности по захоронению радиоактивных
отходов I и II классов опасности, а также радиационной безопасности населения;
е) сведения о том,
что заявитель обладает или будет обладать необходимыми финансовыми средствами
для эффективного и безопасного пользования участком;
к) реквизиты
предусмотренного статьей 29 Закона Российской Федерации «О недрах» заключения
государственной экспертизы геологической информации о предоставляемых в
пользование участках недр, которое содержит выводы о возможностях безопасного
использования участка недр для
строительства и эксплуатации подземных сооружений (соответственно ст. 6);
л) реквизиты
заключения государственной экологической экспертизы;
о) согласие
пользователя недр (ГХК?), в границах которого расположен участок недр (в случае
если указанный в заявке участок недр расположен в границах предоставленного в
пользование участка недр, имеющего статус горного отвода).
7. Необходимость
запросов Федерального агентства по недропользованию в отношении наличия запрета
или ограничения пользования недрами в границах участка недр, планируемого к
предоставлению в пользование, в соответствии со статьей 8 Закона Российской
Федерации «О недрах».
Комментарии применительно к участку
«Енисейский».
1. Наименование массива, вмещающего
участок, заведомо недостоверно (Озерский А.Ю., Полякова Е.Г. История, результаты
и проблемы геологического изучения Енисейского участка для захоронения
радиоактивных отходов // Радиоактивность и радиоактивные элементы в среде
обитания человека: материалы VI Международной конференции, 20-24 сентября 2021
г. Том 1 / Томский политехнический университет. Стр. 443-444. «Участок
«Енисейский» не принадлежит к геологической структуре Нижнеканского гранитоидного
массива»).
См. также Б.Т. Кочкин, Радиоактивные отходы, № 3, 2023, рис.4.
2. В Правилах (название и пункты 1,
3.к, 3.з – четвертый и пятый абзацы, 3.д, 3.в) зафиксирован не абстрактный, а
вполне конкретный для определенных действий вид пользования недрами согласно
ст. 6 п. 4 Закона «О недрах». Другие виды, включая прописанные в лицензиях КРР
16117 ЗД (Росгеолфонд, Информация о лицензии КРР16117ЗД, вид
«захоронение РАО», внесистемный и преждевременно рассмотренный до проведения
всего необходимого для приемки ПГЗРО в эксплуатацию комплекса работ) Роснедр,
ГН-01,02-304-3318 и ГН-(С)-01-304-4829 Ростехнадзора, в качестве приемлемых правовых в Правилах не обозначены. Захоронение РАО – это уже эксплуатация
ПГЗРО, работа с радиоактивными веществами и не сфера контроля Роснедр. Более
того, в соответствии со статьями 4 «Виды деятельности в области использования
атомной энергии» (см. также п. 28 текста статьи
https://proza.ru/2023/11/20/1131) и 26 «Разрешения (лицензии) на право ведения
работ в области использования атомной энергии» Федерального закона № 170-ФЗ «Об
использовании атомной энергии» лицензированию (прежде всего, применительно к
захоронению РАО) виды деятельности по упомянутым лицензиям также не подлежат.
Настойчивое генерирование нештатных
видов деятельности – скорей всего, противозаконно. Как недопустимо и искажение (https://nkmlab.norao.ru/informatsionnyy-tsentr/?ELEMENT_ID=109),
например, текста статьи 26: «В соответствии со статьей 26 Федерального закона
от 21.11.1995 года №170-ФЗ «Об использовании атомной энергии», для размещения,
сооружения и эксплуатации пункта хранения (захоронения) радиоактивных отходов,
требуется получение специального разрешения (лицензии) на право ведения
соответствующих работ». ЛИЦЕНЗИРОВАНИЕ РАЗМЕЩЕНИЯ… ПУНКТА ЗАХОРОНЕНИЯ РАО этой
статьей не предусмотрено.
Статья 26: обращение с РАО при
заполнении ПГЗРО – ДА, закрытие заполненного ПГЗРО - ДА, проведение экспертизы
безопасности объектов использования атомной энергии и (или) видов деятельности
в области использования атомной энергии - ДА, но размещение ПГЗРО в недрах –
НЕТ.
Налицо,
похоже, неудачная попытка перенести схему лицензирования наземных ХРАНИЛИЩ РАО
(Закон об использовании атомной энергии) на лицензирование ПОДЗЕМНОГО ПУНКТА
ЗАХОРОНЕНИЯ РАО.
Кстати, в Отчете по экологической
безопасности ФГУП «НО РАО» за 2023 год (с. 7-8) право пользования недрами
разных геологических объектов указано однотипно в лицензии КРР 16117 ЗД от 2016
г. (для ПГЗРО) и в трех лицензиях от 2013 г. для реально действующих применительно
к жидким РАО с пятидесятых годов прошлого века ПГЗ ЖРО (№ УЛН 15637 ЗЭ, №
КРР 15638 ЗГ, № ТОМ 15636 ЗГ). См. также раздел X статьи В.Н. Комлева «Радиоактивные
отходы в недрах: аспекты безопасности. Окончание» и статью «О вряд ли законном
документе недропользования» на сайте ПроАтом.
Получается, что лицензия Роснедр для
ПГЗРО в условиях действия Закона «О недрах» оформлена по образу и подобию
лицензий для ПГЗ ЖРО. То есть для объектов, построенных и запущенных в
эксплуатацию вне и задолго до появления действующего законодательства по
проблеме, в особых условиях ядерной гонки, лицензированных задним числом много
позже, не нашедшим применения в других странах.
Странности витиеватой формулировки
вида деятельности лицензии ГН-01,02-304-3318 рассмотрены в разделе VI.2 настоящей статьи, разделе 28
статьи https://proza.ru/2022/11/05/614,
разделе
1 статьи https://proza.ru/2021/05/31/1284.
3. Разведочная стадия ГИН
(геологическое изучение недр) не завершена, геохимическая съемка и трассерные
исследования для прямого доказательства достаточной монолитности пород не
выполнены (известный факт, см.
статьи автора на сайтах https://www.proatom.ru/ и https://proza.ru). Предусмотренные Правилами обширные
сведения о свойствах системы «массив-горные выработки» вряд ли получены и
учтены.
4. Геологическое обоснование границ
участка по типам пород вряд ли выполнено.
5. Нет в условиях дренирующей воды,
прогрева и радиационных полей опытно-промышленных испытаний бентонита –
природной основы инженерных барьеров (известный
факт, см. статьи автора на сайтах https://www.proatom.ru/ и https://proza.ru).
6. Правилами при лицензировании недр
не предусмотрено наличие ПИЛ. Как и выделение этапа «ПИЛ». Действительность
противоречит Правилам: Закупка Росатома 230623/0482/139 от 29.06.2023
«Выполнение работ по выделению этапа «ПИЛ» в проектной документации «Подготовка
проектной документации по строительству объектов окончательной изоляции
радиоактивных отходов» (Красноярский край, Нижне-Канский массив)». Смотри также
более раннюю закупку (zakupki.rosatom.ru 2108270482149 от 27.08.2021) «Право
заключения договора на Выполнение инженерных изысканий для корректировки
проектной документации «Подготовка проектной документации по строительству
объектов окончательной изоляции радиоактивных отходов» (Красноярский край,
Нижне-Канский массив). (Корректировка этапа 2 «Подземная испытательная
лаборатория»)».
7. Оформленная под влиянием
оппонентов лицензия Роснедр КРР014222ЗП с целевым назначением: геологическое
изучение и оценка пригодности участка, сопряженного с Енисейским, для
строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей
полезных ископаемых (ФГУП «НО РАО», 26.04.2023, полное соответствие вида
пользования недр ст. 6 п. 2 Закона «О недрах», но полное несоответствие
нормативным этапам ГИН и факту опережающей, до разведочной стадии, выдачи
лицензии Роснедр КРР 16117 ЗД от 22-07-2016 на захоронение РАО). Наконец-то участниками работ по ПГЗРО решено
выполнить ГИН для сопряженной со строительной площадкой со всех сторон
территории. В 2023 г. вынужденное возобновление ГИН (запоздавших работ) на
расширенной территории (лицензия Роснедр КРР014222ЗП) и лишь начало
проектирования ПИЛ (закупка Росатома 230623/0482/139 от 29.06.2023)
подтверждают, что для выдачи лицензии Роснедр КРР 16117 ЗД в 2016 г. должных
оснований не было. Горно-геологические условия во многом не изучены, а лицензия
на вечное захоронение РАО уже оформлена.
8. Ранее внимание участников
Енисейского проекта оппоненты неоднократно обращали на то, что предлагаемая ПИЛ
для гнейсов промышленной территории ГХК по условиям эксплуатации не будет
соответствовать автономной стадии работы ПГЗРО после загрузки РАО и его
затопления. Следовательно, сомнительны необходимость первоочередного
строительства ПИЛ, ГИН в ней по отсутствующей пока лицензии на такое
пользование недрами и надежность обоснования ПГЗРО по данным этих ГИН. Для
снятия неопределенностей прогноза по автономной стадии работы ПГЗРО Б.Е.
Серебряков предложил комплекс опережающих технологических экспериментов в
забуренных с поверхности скважинах (30/05/2023, сайт ПроАтом, Предложения
экспериментальных работ по ПГЗРО в Красноярском крае). Такие важные
исследования не выполнены.
9. Общие и среднегодовые объемы
поступления РАО на захоронение адекватно вряд ли сейчас могут быть оценены. В
силу того, что еще только приняты (2024 и 2025 годы) масштабные программы
строительства АЭС и радиохимических заводов – основных поставщиков РАО (Генеральная
схема размещения объектов электроэнергетики до 2042 года: строительство новых
АЭС как до Урала, так и от Урала до Приморья и Чукотки; Радиохимия в
приоритетах, Информационное агентство «ПРоАтом», 20.03.2025; Тинин
В. В. и др. О захоронении радиоактивных отходов на участке «Енисейский» и
развитии радиохимического направления // Радиоактивные отходы. 2025. № 2 (31)
С. 6—17).
10. Отсутствует в
виде государственной экспертизы геологической информации о недрах (не 2016
года) соответственно небывалому для техногенных объектов времени существования
ПГЗРО актуальный обобщающий анализ условий региона и района работ,
горно-геологических свойств массива, особенностей строительных элементов
стандартных подземных сооружений и специальных инженерных барьеров безопасности
с выводом о перспективности и пригодности площадки для строительства и
эксплуатации подземных сооружений ПГЗРО с проектными характеристиками. В том
числе с учетом тенденций регионального развития, результатов разведочной стадии
геологического изучения недр, новых известных данных о системе
«массив-подземные выработки», включая опыт
(https://proza.ru/2024/10/04/28) ГХК
в связи с эффектом обводнения подземных выработок по закрепному пространству.
Соответственно нормам
недропользования, новые данные по ПГЗРО (за 2016 – 2026 годы), совместно с давно
ожидаемыми результатами разведки на основе действующей лицензии Роснедр
КРР014222ЗП, должны быть рассмотрены в рамках дополнительной/повторной
экспертизы.
11. Заключения государственной
экологической и других экспертиз получены при недопустимых обстоятельствах
перечисленных выше пунктов 1-9.
12. С позиции ст. 8 Закона «О недрах»
заявка должна бы содержать представления о военно-политических и экономических
условиях существования страны. В поддержку нормы Правил о запросах Федерального
агентства по недропользованию в отношении наличия запрета или ограничения
пользования недрами.
Выводы применительно к участку
«Енисейский» согласно Правил предоставления права пользования участком недр для
строительства и эксплуатации подземных сооружений для захоронения РАО.
1.
С 2016 года до настоящего времени надежных оснований претендовать ФГУП «НО
РАО» на право пользования недрами промышленной территории Железногорска для
размещения, строительства и эксплуатации федерального (тем более,
международного) объекта захоронения твердых РАО нет: научных, горно-геологических,
технологических, правовых, организационных в связи с известной
неопределенностью по части поставщиков РАО и отсутствием актуального
обобщающего анализа условий региона и района работ, а
также геополитических. Видимо, речь может идти лишь об использовании недр для геологического
изучения и оценки пригодности подземного пространства участка «Енисейский» (в
каких границах, при взаимодействии с сопряженными элементами горной
инфраструктуры ГХК – будущего резервуара подземных вод, вмещающего захороненные
по способу «на месте эксплуатации» промышленные реакторы?) для строительства и
эксплуатации каких-либо (ПИЛПГЗРО) подземных сооружений (с небольшими
надеждами на положительный итог в целом).
2. По результатам такого
сопоставления лицензии КРР 16117 ЗД (2016 г.), ГН-01,02-304-3318 (2016 г.) и
ГН-(С)-01-304-4829 (2025 г.) вряд ли должны действовать. По крайней мере, они
сомнительны как правовая основа для строительства инфраструктуры ПГЗРО в целом
и для горных работ в частности. Главная причина –
отсутствие опережающего безупречного права пользования участком недр для
строительства и эксплуатации подземных сооружений для захоронения РАО. А
лицензия КРР 16117 ЗД Роснедр НЕ ОБЕСПЕЧЕНА не только юридически
ответственным видом пользования недр, но и должным/надежным составом ГИН (см.
также Приложение к статье ВН. Комлева на сайте ПроАтом «Геологическое
захоронение радиоактивных отходов: Двадцатилетие российской истории сквозь
призму документов»). Показательно, что лицензии КРР 16117 ЗД и
ГН-(С)-01-304-4829, а также КРР014222ЗП (ГИН, 2023 г.)
отсутствуют по состоянию на 08.12.2025 в разделе «Лицензии» сайта ФГУП «НО
РАО». Видимо, их владельцы решили, что лучше не показывать ненадежные
документы.
IV.
Положение о рассмотрении заявок на получение права пользования недрами для
целей захоронения радиоактивных отходов и отходов I - V классов опасности в
глубоких горизонтах, обеспечивающих локализацию таких отходов.
Постановление Правительства РФ от 22
декабря 2004 г. N 827 (в ред. Постановления Правительства РФ от 09.04.2016 N
285). Список изменяющих документов (в ред. Постановлений Правительства РФ от
22.04.2009 N 351, от 15.06.2009 N 486, от 22.10.2014 N 1090, от 09.04.2016 N
285). Важно отметить главную роль Роснедр в подготовке базы (пункты 1, 3, 3(2),
4, 5 и 7) для оформления решения Правительства РФ и оформлении, государственной
регистрации и выдаче лицензий на пользование участками недр для целей
захоронения радиоактивных отходов.
Сравним этот документ с Правилами от
29.12.2021. Небольшие редакционные для более точного соответствия виду
пользования недрами Закона «О недрах» различия в документах имеются. Но
основные регламентирующие позиции для предоставления права пользования участком
недр в текстах 2004, 2016 и 2021 годов одинаково присутствуют и по своей сути
идентичны в обоих документах: горно-геологические сведения о размерах участка
недр, требованиях к составу и свойствам горных пород; виды, состав и свойства
предполагаемых к захоронению радиоактивных отходов; данные о объемах и динамике
поступления РАО; мероприятия по обеспечению экологической и промышленной
безопасности намечаемых к строительству и эксплуатации объектов захоронения
радиоактивных отходов. Эти позиции неизменно должны были регулировать работы и
оформление результатов Енисейского проекта с его начала и до настоящего
времени.
Такая же логика действий и требований
заложена для этапа ГИН в Приказе Минприроды России N 789, Роснедр N 17 от
25.10.2021(с изм. от 17.01.2025) «Об утверждении Порядка предоставления права
пользования участками недр для геологического изучения и оценки пригодности
участка недр для строительства и эксплуатации подземных сооружений для
захоронения радиоактивных отходов, отходов производства и потребления I - V
классов опасности» (Зарегистрировано в Минюсте России 10.12.2021 N 66289).
V.
Еще фрагмент истории лицензий Роснедр и Ростехнадзора на подземные работы в
рамках Енисейского проекта. «Создание и развитие единой государственной системы
по обращению с РАО в России: итоги первых десяти лет». Презентация ФГУП «НО
РАО» для стран СНГ, 2022 год. Документ отражает
подход, которому (по части лицензирования ПГЗРО) присущи грубые ошибки в сфере
права, сокрытие важной информации, неточности и элементы дезинформации.
1. «Законодательная база Российской
Федерации в сфере обращения с РАО». Отсутствие Законов «Об использовании
атомной энергии» и «О недрах» (слайд 2).
2. «Место национального оператора в
системе обращения с РАО». Отсутствие Роснедр в системе государственных органов
управления и регулирования безопасности (слайд 3). Хотя Федеральное
агентство по недропользованию является таким органом (например, https://docs.cntd.ru/document/901987172,
Постановление
Правительства Российской Федерации от 3 июля 2006 г. № 412 «О федеральных
органах исполнительной власти и уполномоченных организациях, осуществляющих
государственное управление использованием атомной энергии и государственное
регулирование безопасности при использовании атомной энергии»).
3. «Создание системы захоронения
высокоактивных РАО». 3 этап – не выполнено до 1 января 2025 (слайд 6).
4. «Реализация первого этапа (2011
––2014) ЕГС РАО». Не полностью сформирована законодательная и нормативная база
(слайд 7).
5. «Реализация второго этапа (2015
––2021) ЕГС РАО». Не усовершенствована законодательная и нормативная база. Не
указаны/не показаны лицензии от 2016 года для участка «Енисейский» (слайд 8).
Видимо, из-за сомнений в качестве документов. В отличии от лицензий на
приповерхностные ПЗРО, которые активно упоминают и демонстрируют (слайды 8, 13
и 14).
6. «Реализация третьего этапа (2022
––2025) ЕГС РАО». Не указан процесс нового лицензирования 2022-2025 годов (см. I и II настоящей статьи) для участка
«Енисейский». Видимо, из-за сомнений в качестве документов (слайд 10).
7. «Принятие решения о размещении
ПГЗРО, 2034 год» (слайд 16). Решение о размещении именно ПГЗРО давно принято,
мощная наземная инфраструктура готовится именно для ПГЗРО (известный факт, см.
Отчеты по экологической безопасности ФГУП «НО РАО» за 2023 и 2024 годы, статьи
автора на сайтах https://www.proatom.ru/ и https://proza.ru).
8. «В рамках создания ПИЛ» (слайд
17). Решение о размещении именно ПГЗРО давно принято (см. статьи автора на
сайтах https://www.proatom.ru/ и https://proza.ru; см. комментарии, п. 6,
раздел III
настоящей статьи).
9. «Практические работы на площадке. 1990--е
годы. Выбор и характеризация площадки. Сооружение Подземной Исследовательской
Лаборатории. Проведение исследований» (слайд 18). Название презентации: «итоги
первых десяти лет». О каком интервале времени идет речь? Работы по участку
«Енисейский» начаты не ранее 2002 года (известный факт, см. статьи автора на
сайтах https://www.proatom.ru/ и https://proza.ru).
10. «Противодействие коррупции
––безукоснительное выполнение антикоррупционного законодательства» (слайд
22). Не соответствует действительности (https://www.atomic-energy.ru/news/2025/06/18/156770,
atomic-energy.ru/news/2023/10/04/139374).
11. «Продвижение НКМ—лаборатории как
международного проекта» (слайд 23). НКМ – Нижнеканский массив,
недостоверное название места строительства. Продвигать международный объект в
гнейсах промышленной территории Железногорска вряд ли разумно и допустимо в
условиях резкого обострения международной обстановки последних лет (когда в
результате другого международного проекта испытывают неприятности
стратегические объекты в глубине России уже на Иртыше) и соответственно ст. 8
Закона «О недрах».
12. «За 10 лет в Российской Федерации
создана стройная государственная система обращения с РАО» (Заключение).
Далеко не полностью. 1. ПГЗРО для РАО
1 и 2 классов отсутствует. 2. К Постановлению Правительства РФ от 29.10.2022 №
1929. «Изменения критериев отнесения радиоактивных отходов к особым
радиоактивным отходам способны радикально повлиять на устоявшиеся представления
о безопасности (в широком смысле) захоронения РАО. Подобные «реновации» имеют
стратегическое значение и потому должны предваряться
представительной, открытой дискуссией» (Нечаев А.Ф., Винницкий В.А. К ДИСКУССИИ
О ЗАХОРОНЕНИИ РАДИОАКТИВНЫХ ОТХОДОВ. Санкт-Петербургский государственный
технологический институт, https://science.spb.ru/files/IzvestiyaTI/2025/73/11.pdf,
с. 51). «Вопрос о захоронении РАО, расположенных за пределами Уральского и
Западно-Сибирского регионов, остаётся открытым. При выборе площадок и
технологии захоронения РАО особого внимания требует Европейская часть России.
Решение о создании ПЗРО в Европейской части страны до сих пор не принято» (Нечаев
А.Ф. и Винницкий В.А., с. 52). «В густонаселенных регионах захоронение РАО,
отвечающих критериям приемлемости, допустимо на ограниченном числе доказательно
пригодных для этого площадок с использованием мультибарьерной системы
безопасности. Применение технологии захоронения «особых отходов» (на месте)
неприемлемо по причинам неподтвержденной убедительными доказательствами
безопасности, ограничения стратегического потенциала развития региона и, в
немалой степени – по этическим соображениям» (Нечаев А.Ф. и Винницкий В.А., с.
54).
Учитывая справедливо вынесенную
Нечаевым
А.Ф. и Винницким В.А. на обсуждение проблему, целесообразно для поиска ее
решения рассмотреть и для обозначенных ими типов отходов (не
только 3 и 4 классов) из Европейской части России предложенные ранее (https://proza.ru/2019/08/15/624;
https://proza.ru/2025/08/13/1284; https://proza.ru/2023/11/20/1131) варианты
подземного захоронения на базе инфраструктуры существующих
горнодобывающих комплексов вблизи г. Краснокаменск и п. Никель/г. Заполярный, а
также вблизи г. Норильска. Соответственно, и новые транспортные маршруты.
13. «Определены законодательные
основы обращения с РАО» (Заключение). Не полностью.
Итог: десять лет в связи с задачей
глубинного/геологического захоронения РАО 1 и 2 классов опасности работа вне
правового поля, негативные результаты которой видны уже сейчас и будут более
значимы в будущем.
Окончание следует
